"Через два дня никто бы не узнал нумеров, занимаемых Васильем Львовичем: на окнах, на полу - везде были брошены книги. Книги врагов дядя не разрезал ножом, а взрезал вилкою, как бы вспарывая им животы, и Александр их тотчас узнавал: это они валялись на полу в небрежении. Дядя Василий Львович и жил и дышал литературной войной. Недаром Шишков со своими варяго-россами его задел: дядя рвался в бой. Однажды ночью Александр проснулся: в соседней комнате кто-то тихо фыркал, урчал и стонал. Он подкрался к двери. Дядя в одной сорочке сидел посреди комнаты на табуретке. Свеча стояла на полу. В свесившейся руке его была книга. Косое брюхо его ходило. Он посмотрел на пораженного Александра и продолжал смеяться. Наконец он отер платком лоб, вздохнул и сказал Александру: - Двоица! Он прочел: Но кто там мчится в колеснице На резвой двоице порой? - Двоица - это пара, - объяснил он наконец. - Это на их языке, на варяго-росском, означает пару. Так их бард, князинька Шихматов, шут полосатый, пишет: двоица. Это желтый дом, это кабак, друг мой! "Рассвет полночи"! Дядя брызгал во все стороны. Он прочел Александру все стихотворение. Кроме "двоицы", к огорчению его, ничего примечательного в стихотворении он не нашел. - Скука, - сказал он, - скука-то какая! Вот так бард! Такому барду на чердак дорога. Там ему место. Дядя, к удивлению Александра, оказался сквернословом. Брань так и сыпалась. Он взял с полу еще одну книгу. Это был словарь Шишкова. - Рыгать, - прочел дядя и вдруг вскипел: - Вот! Площадное, кабацкое слово тащит в поэзию! И все это поощряется! Печатается! Старый хрыч собирает шайку приказных и холуев. Это дьячок в кабаке! Вот что такое его "Беседа"! Пусть все это знают! А что будет с тонким истинным вкусом! Страшно и подумать! - Вы меня, милостивый государь, зовете "вкусоборцем", - кричал он, - да, я вкусоборец. Ваше слово нелепо, подло, это слово дьячка, но отныне я его принимаю. Я вкусоборец! Таким родился, таким и умру. Литературные страсти преобразили его. Александр впервые видел его в таком раздражении. - Ногти - смотреть: нога; нож - смотреть: нога, - читал дядя словарь Шишкова, - нагота - смотреть: нога; все нога да нога. Прах - смотреть: порох. На кой мне прах смотреть порох! В соседнем нумере тоже не спали; по коротким словам, звону денег слышно было, что за стеной идет игра. - Храпеть - смотреть: сопеть, - прочел дядя и развел руками. - Одно дело храпеть во сне, - сказал он Александру, - и совсем другое сопеть в обществе. Первое есть несчастная привычка, второе - невоспитанность. Из того, что мне случается храпеть во сне, вовсе не следует, что я соплю при женщинах. Шишков так воспитан, что для него все равно - храпеть или сопеть. Потом он тут же, из той же книги, что и "двоицу", прочел новую басню Крылова, грубую, по его мнению, и отверженную гармонией: Предлинной хворостиной Мужик гусей гнал в город продавать! - Иной - иной - ык - гу - гнал, - бормотал Василий Львович. - Что за звуки! Новая баснь и моралью своею возбудила в нем сильное негодование. - Да, наши предки Рим спасли! Да! Да! Да! - кричал дядя. - И спасли! А ваши, милостивый государь, гусей пасли! Различие очевидное! Далеко тебе и с баснями твоими до Дмитриева. Дядя был в вдохновении. Он не называл более по именам врагов своих: Шишков был Старый Хрыч и Старый Дед. Какой-то Макаров звался у него Мараков и просто Марака. - Библический содом и желтый дом! - сказал он и сам изумился. Он соскочил со своего табурета и записал внезапную рифму. Сам того не замечая, в защите тонкого вкуса, дядя употреблял весьма крепкие выражения. В соседнем нумере кончили играть - кто-то насвистывал сквозь зубы и вдруг запел вполголоса: Старик седой, зовомый Время, В пути весь век свой провождал Дядя вдруг успокоился. Он вслушивался некоторое время и с торжеством указал племяннику на стену: - Шаликов. Шихматова стихов небось не поют. Александр наслаждался. Ему нравилось все - ночь за окном, и дядино буйство, и песнь за стеной, и литературная война, в которой дядя участвовал. Литературные мнения дяди казались ему неоспоримыми, он был всею душой на его стороне. Наконец дядя рухнул в постель, послал его спать, и через минуту оба спали". (Ю.Н.Тынянов "Пушкин") This entry was originally posted at https://raf-sh.dreamwidth.org/1547651.html .