raf_sh (raf_sh) wrote,
raf_sh
raf_sh

Category:

Доротея Таннинг "Между жизнями" - 1


(1939, Париж — Стокгольм)

    ... И скоро война явилась — как поезд, по расписанию. Наше американское посольство советует вернуться домой. Телеграмма отца диктует: езжай в Стокгольм к дяде Гуго. Чтобы это проделать, имеется лишь ненадёжный железнодорожный маршрут — через Бельгию, через Германию, с сомнительными остановками и ещё более сомнительными пересадками; моему пароходному сундуку, который собирался хоть чуть-чуть пожить оседло, только этого и недоставало. Бесцеремонные птенцы гитлерюгенда составляли мне компанию в душных купе. Да, в довольно самобытном окружении пришлось мне ехать в этих жарких пахучих поездах, не различая дня и ночи, само собой без еды, только запах чужих апельсинов; и эти крупные наглые парни в защитных шортах, и их колени, их жуткие железные колени... и их настойчивое поддразнивание, которое доходило до меня сквозь словесный фарш:


    "Вы, американцы, думаете, что у вас авиация. Ха, ваши лётчики! Мы ими займёмся (смешок), Рейх им покажет, наш Люфтваффе посбивает их, как уток!" — и так далее, и так далее.

    Париж меня отверг, отклонил мои объятия, отвернулся лицом к стене. Те усыпанные шипами неудач тридцать два дня силой прояснили мне зрение и разум. Германия подсунула поездку, полную абсурда. Пока я достигла добродушного Стокгольма, я перетёрлась коленями с массой коллективного безумия вполне достаточной, чтобы понять: то, что я могла бы думать о происходящем, никогда не будет иметь значения. То есть, вояж не прошёл зря. Что-то всё-таки было в конце концов усвоено. Никогда больше звуки политических разглагольствований не смутят мой иначе устроенный слух. Никогда больше не буду я сидеть на чуждых мне собраниях, сгорая от замешательства. Никогда больше я не спутаю выкрики с мест — с героизмом.

    И вообще, разве уже я не начала что-то совсем другое, длиною в жизнь, с того дада-сюрреалистского шоу три года назад? Так что когда с течением времени сюрреализм явится в Нью-Йорке в обличии экзотических человеческих существ, когда-то потом, я буду к этому готова, готова своими картинами, своими тридцатью днями рождения — готова к тому, чтобы этот рассказ начался, продолжился — и снова начался.

    Итак — до свидания, Франция, и здравствуй, Швеция. В доме дяди Гуго под Стокгольмом светловолосая девушка в накрахмаленном бело-синем, со щедро облеченным плотью костяком, с безупречными босыми ступнями — и с которой я не умею перемолвиться ни словом — в девять приносит мне завтрак на подносе: продукты обычные, но вдобавок — изрядная тарелка сельди. В одиннадцать — второй завтрак в столовой, удостоенный появлением дяди Гуго, который сообщает нам новость: Польшу поделили Советы и Наци, как пирог за вечерним чаем. О, когда же я буду дома! Я не могу дождаться. Что они теперь скажут — Джерри и Крэг, и Джоан, и остальные знакомые с тех партийных митингов? (Конечно, если ты движешься с факелом, зажатым в руке, по предопределённому пути, по пути к власти, ты всегда найдёшь, что сказать — что они и сделали позже. Но уже неубедительно, тщетно.)...


Dorothea Tanning - Between Lives - An Artist and Her World

This entry was originally posted at https://raf-sh.dreamwidth.org/1423884.html.

Tags: marginalia, tanning, translations
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments